Занавешенные окна.порно рассказы

Занавешенные окна.порно рассказы

Ровно в десять утра, как ему было назначено, граф Дэзи Орвин вошёл в особняк маркиза Калибора. Осуществилась его заветная мечта: маркиз Тровер Калибор, 25-летний красавец, покоритель женских сердец, о котором Дэзи мечтал все последние месяцы и из-за которого начал посещать светские приёмы, не далее как вчера вечером на балу у герцога Пармского обратил, наконец, на него свой благосклонный взор и даже пригласил к себе.
Направляясь к маркизу, Дэзи уже знал новость, облетевшую сегодня утром столицу: баронесса Райана, юная невеста Тровера, накануне ночью скоропостижно скончалась. Однако в короткой записке, которую Дэзи получил буквально пару часов назад, Тровер подтвердил своё приглашение. Направляясь к нему, граф счёл за лучшее одеться в чёрное. Тем более, как он знал, этот цвет ему шёл, делая его стройнее и моложе. Его лицо с правильными чертами, на котором эффектно выделялись глубокие карие глаза, казалось на чёрном фоне ещё бледнее. Почти вандейковсковскую внешность дополняли тёмно-каштановые вьющиеся волосы и белоснежный галстук.
Он передал лакею шляпу и прошёл в зал. Высокие окна были плотно зашторены; колонны, статуи и гобелены тонули в сумерках. В раскрытые двери виднелась лестница, ведущая наверх. Услышав на ней шаги, Дэзи напрягся. На лестнице показался маркиз Тровер. Дэзи поразился его виду. Маркиз даже не счёл нужным одеться к его визиту. Он был в одном лишь лёгком халате, небрежно наброшенном на плечи. Его светлые волосы были растрёпаны, зелёные глаза, обычно яркие и блестящие, были обведены тёмными кругами и полны тоски. Но именно таким, на взгляд Дэзи, он был само очарование!
— Граф, извините меня, я совершенно не способен ни о чём связно подумать, — проговорил хозяин особняка ещё на лестнице.
— Я слышал о постигшем вас несчастье, сэр, — ответил Дэзи, учтиво кланяясь. — Наверно, я явился не вовремя.
— Нет-нет, я рад встрече, — сказал маркиз. — Я давно хотел познакомиться с вами поближе. Ведь вы, кажется, родственник моей обожаемой Райаны?
— Очень дальний.
— Простите меня за мой вид, — маркиз, подойдя, протянул ему руку.
При этом движении с его плеча съехал халат, и обнажилась часть груди, совершенно белой, с небольшим розовым соском.
Дэзи взял его руку и осторожно пожал. Глядя на сосок, он невольно задержал руку маркиза в своей. Тот не отнял её. Несколько секунд Дэзи держал руку маркиза, наслаждаясь её теплом и мягкостью. Наконец опомнился и выпустил её. Ему показалось, что зелёные, с карими искрами, глаза маркиза посмотрели на него как-то необычно.
— Я сам переживал трагические моменты в своей жизни… — начал Дэзи.
— Да, я вижу, вы мне сочувствуете, — перебил его маркиз, подходя к нему ещё ближе. — Я вижу это по вашему пожатию.
Он был настолько близко, что у Дэзи на конце члена выступила капля. Он сохранять самообладание.
— Примите мои соболезнования, сэр, — сказал он, глядя маркизу в глаза. Ему хотелось прижать его к себе, впиться губами в его рот.
Маркиз вдруг снова взял его за руку. От этого движения халат с него съехал ещё больше.
— Пойдёмте наверх. Будьте у меня как дома.
Дэзи шёл за ним, чувствуя в руке его ладонь и возбуждаясь всё больше. Рука маркиза явственно подрагивала.
— Я сейчас спрашиваю себя, — говорил Тровер: — почему мы так долго не были знакомы? Почему вы не ездили ко мне, а я к вам? Мы были бы хорошими друзьями. Я слышал, вы любите рисовать акварелью и собираете китайский фарфор. Я тоже увлекаюсь этим…
Поднявшись по лестнице, они прошли в небольшую комнату, в которой сумеречно горели свечи и стоял стол, уставленный бокалами и вазами с фруктами. Единственное окно было завешено багрово-золотистыми портьерами. На зеркалах и канделябрах лежала чёрная тюль.
Тровер остановился у стола и оглянулся на распахнутую дверь в соседнее помещение.
— Она там, — сказал он. — Моя несравненная, обожаемая Райана… Как безжалостны к ней небеса. Умереть в шестнадцать лет… — Глаза его наполнились слезами. — Граф, я не спал всю ночь…
— Не знаю, что и сказать, — пробормотал Дэзи, пожирая взглядом обнажившееся плечо, розовый сосок и всю стройную фигуру маркиза, формы которой легко угадывались под лёгким халатом. — Никакие слова не выразят моей печали.
— Расскажите мне о ней. Всё, что знали.
— Сэр, я её почти совсем не знал. Но слышал, что таких изумительных по красоте и нравственности молодых девушек, как леди Райана, мало найдётся в стране.
— Мы с вами будем дружить, — маркиз протянул ему руку.
— Конечно. Да. Всегда. — Дэзи взял его ладонь обеими руками, поднёс к губам и покрыл поцелуями.
Видимо, скорбь маркиза была настолько сильна, что он не обратил внимание на чувственность этих поцелуев, гораздо большую, чем просто дружеская.
— Выпьем, граф, за упокой её души, — дрогнувшим голосом сказал он, беря графин, почти на треть наполненный красным вином.
— Леди Райана сейчас на небесах, — отозвался Дэзи.
Тровер наполнил два бокала. Рука его дрожала, слышался тоненький звон горлышка графина о хрусталь. Он подал бокал графу.
— За неё, граф… и за нас.
Не говоря ни слова, Дэзи осушил бокал. Вино было терпким, с привкусом горечи.
Тровер пристально наблюдал за ним. Дэзи поразил взгляд маркиза. Определённо в этом взгляде сквозила влюблённость.
«Он любит меня», — подумал Дэзи, ставя бокал.
Он подошёл к маркизу, намереваясь поцеловать в губы, но тот в этот момент начал пить.
Отпив полбокала, Тровер поперхнулся. Его бледное лицо стало какого-то пепельного оттенка. Он всё же допил до дна, перевёл дыхание и вдруг с чуть слышным стоном навалился руками на стол. Если бы Дэзи его не поддержал, он упал бы.
— О, моя Райана… — из глаз маркиза снова покатились слёзы.
В каком-то полубеспамятстве он прильнул к Дэзи и обвил руками его плечи. Его тело было лёгким и податливым. Дэзи, уже почти не церемонясь, стиснул его в объятиях и впился в его красный, пахнущий вином рот. Потом принялся целовать его щёки, солёные от слёз, белоснежную шею с едва заметными жилками и грудь, на которой несколько раз перецеловал оба соска. Халат едва держался на бёдрах Тровера, удерживаемый лишь рукой Дэзи, которая жадно сновала по ягодицам. Маркиз был полностью в его власти. Запах обнажённого тела маркиза, едва уловимый запах пота, смешанный с запахом духов, кружил ему голову. Он целовал маркиза в живот. Ещё несколько мгновений, и он сорвал бы с Тровера этот идиотский халат, скрывавший то, до чего он добирался, но тут маркиз отшатнулся. Торопливо натянул на себя халат.
— Граф, — произнёс он хрипло, подавляя рыдание. Взгляд его прояснился. — Ваши объятия показали мне, что вы настоящий друг. Только вы один искренне сочувствуете моему горю. Пойдёмте. Вы должны увидеть её… — Он взял Дэзи под локоть и потянул к двери. — Её… Мою Райану… На смертном одре она прекраснее, чем была при жизни…
Они вошли в просторную комнату, озарённую светом множества свечей. В центре стояла широкая кровать, на которой лежала, накрытая по грудь белым покрывалом, леди Райана. Она лежала не в середине кровати, а у края. Голова её покоилась на невысокой подушке. Ещё несколько таких подушек лежало в изголовье.
Дэзи при её виде замутило. Ему очень хотелось покинуть эту комнату, пропахшую воском оплывающих свечей и каким-то тонким, едва уловимым смрадом, характерным для покойников, но ради Тровера, халат с которого снова сполз почти до самого пояса, он готов был терпеть всё.
Маркиз подошёл к кровати, опустился на колени и, склонившись над мёртвой, приоткрыл её грудь. Дэзи вдруг осознал, что на покойнице нет никакой одежды.
— Райана, моя Райана, — дрожащим голосом шептал Тровер.
Он перестал придерживать халат, который сразу же сполз к его ногам, обнажив его всего, взял покойницу за щёки и повернул к себе её голову. Сам не заметив как, Дэзи оказался рядом и тоже встал на колени. Возбуждение, которое ослабело в нём от вида мёртвой Райаны, разгорелось вновь.
— Как жестока смерть, — маркиз задыхался от подступавших рыданий. — Почему она отобрала у меня её именно сейчас?
— У вас есть друг, который предан вам, который готов для вас на всё… — проговорил Дэзи, обнимая его за талию. — Как вы прекрасны в своей скорби… Вы так прекрасны, что я, кажется, полюбил вас… О, если бы вы испытывали ко мне хоть крупицу тех чувств, которые я испытываю к вам…
Маркиз потянулся губами к почерневшим губам покойницы и, казалось, не замечал ничего, даже того, что объятия Дэзи сделались туже, а пах прижался к его бедру. Только ткань панталон отделяла заголившуюся головку графского члена, которая вся сочилась смазкой, от нежной кожи маркиза.
— Дэзи, поймите, — отозвался Тровер, не делая, однако, попыток вырваться. — Райаны мне никто не заменит.
Дэзи тёрся о его ляжки и покрывал его спину и плечи поцелуями.
— До вас я не любил никого, — говорил он между поцелуями. — Но сейчас со мной что-то произошло. У меня такое чувство, будто сбылась моя тайная мечта и я наконец встретил человека, которому готов отдать всю свою жизнь без остатка… Я готов целовать вас бесконечно…
Тровер испустил вздох, медленно обернулся и посмотрел графу в глаза. Они были полны слёз, в них читались тоска и бесконечная любовь.
— Вы это серьёзно, Дэзи?
— Да, да, да, — воскликнул граф. — Я умру, если вы откажете мне в любви! Я готов стать вашим рабом! Я буду бесконечно целовать ступни ваших божественных ног…
Дэзи опустился на пол и с жаром принялся исполнять сказанное. Маркиз стоял неподвижно. Мельком скосив на него глаза, Дэзи обнаружил, что детородный орган Тровера слегка увеличился в размерах.
— Я принадлежу леди Райане, — с твёрдостью в голосе сказал вдруг маркиз и снова обратился к покойнице.
На этот раз он прикоснулся губами к её губам. Дэзи это покоробило. Он готов был схватить эту мёртвую куклу и выкинуть её в окно, запихнуть в пасть камина, разрубить на куски, лишь бы отвлечь от неё Тровера. Тем более тот уже не просто целовал её, а впивался в её губы и сосал их, обеими руками схватив покойницу за шею. При этом он приподнялся, выставив свой округлый зад, и Дэзи тотчас схватил его обеими руками, лихорадочно смял, покрыл поцелуями и запустил жаркий ищущий язык между ягодиц.
Маркиз отлип от мёртвой.
— Вы слишком настойчивы, — проговорил он, переводя дыхание.
— Дайте мне надежду, — проскулил Дэзи. — Не отталкивайте меня!
— Я отвечу вам взаимностью, если вы полюбите Райану, как люблю её я, — сказал Тровер. — Но, к сожалению, это невозможно. Она мертва и вы её никогда не полюбите.
— Её не вернёшь, но я — вот он, живой, перед вами, — забормотал Дэзи, беря его ладонь и прижимая губам. — Если вас переполняет семя, которое вы не израсходовали на вашу невесту, то я готов освободить вас от него. Я сделаю это так нежно, что вы забудете обо всём, клянусь.
— Мы все трое соединимся на небесах, если наше соединение на земле уже невозможно, — произнёс маркиз с нотками торжества. — Я, вы и леди Райана.
Дэзи молчал, не зная, как отнестись к его словам. Ему вдруг показалось, что маркиз спятил от горя и бредит.
— Ну что, граф, — Тровер взял его за шею и притянул к себе. — Хотите стать моим?
— Это моя заветная мечта.
— Тогда поцелуйте её, — и маркиз пододвинулся, уступая ему место возле покойницы.
— Её? Поцеловать?
Дэзи растерялся. Покрытая пудрой и румянами мёртвая Райана не вызывала в нём ничего, кроме отвращения и подспудного страха. Смерть уже поработала над её обликом. Её щеки запали, полузакрытые глаза ввалились. Краску с губ уже почти всю слизал маркиз, обнажив их черноту.
— Да, во имя нашего союза!
Видя, что Тровер говорит совершенно серьёзно, Дэзи с мысленным вздохом наклонился к лицу мёртвой девушки. Его ноздри ощутили сладковатый аромат пудры. А наклонившись к самым губам, он уловил идущий от её рта неприятный запах.
Маркиз стиснул его ладонь.
— Ну же, Дэзи. Вы должны запечатлеть на её устах поцелуй, и тогда её душа, которая витает здесь, в этой комнате, примет вас. А после, на небесах, мы все трое станем одним целым и ничто не разъединит нас.
Ради близости с Тровером Дэзи готов был на всё. Он коснулся губами чёрных губ и тут же отпрянул. Почти в ту же минуту маркиз снова притянул его к себе, смял пальцами его щёки и впился губами ему в рот. Дэзи с готовностью отозвался на его ласку. Он обнял Тровера, прижался к нему, а потом его руки скользнули со спины на ягодицы и обхватили их.
Маркиз отстранился, прервав этот бесконечный поцелуй. В его горячечно блестевших глазах Дэзи читал восторг, любовь и что-то ещё, что-то зловещее. Как будто этот поцелуй был для Тровера последним.
— Раздевайтесь, граф, — потребовал Тровер. — Мы соединимся прямо здесь, на этом ложе, которое станет брачным для нас троих.
Дэзи не надо было просить дважды. Он готов был соединяться с Тровером где угодно, тем более места на кровати вполне хватало.
Маркиз в нетерпении помог ему избавиться от нижнего белья. Когда он освобождал Дэзи от трусов, граф не без удовольствия отметил, что орган маркиза окреп и слегка приподнялся.
«Ты будешь моим, — мысленно повторял Дэзи, взбираясь вслед за Тровером на кровать. — Моим, моим… А эту мерзкую куклу закопают в землю, и мы забудем о ней».
На кровати он сразу начал гладить и целовать любовника. Его губы покрывали поцелуями мягкий белоснежный живот, опускаясь всё ниже. Добравшись до заветного органа, он не сразу обхватил его губами, а, растягивая наслаждение, сначала облизал его всего, включая мошонку. Наконец перевозбуждённый Тровер взял его за затылок и с силой притянул к себе, оголённой замаслившейся головкой принявшись тереться об его губы, нос и щёки.
Скосив глаза, Дэзи обнаружил, что маркиз смотрит не на него, а на покойницу. Его худшие опасения подтвердились! В следующий миг Тровер оттолкнул его от себя и, обратившись к Райане, одним движением сдёрнул с неё покрывало. Она обнажилась вся. Пудра на её пожелтевшем теле была слишком заметна. Это было до того отвратительно, что Дэзи едва не стошнило.
— Тровер, наверное, лучше оставить её в покое, — пробормотал он.
Но Тровер поцелуем заставил его умолкнуть.
— Вы любите меня, — прошептал он. — Я не мог ошибиться в вас. Я видел, как вы смотрели на меня на балу у герцога. Такие взгляды не обманывают.
— Я полюбил вас задолго до бала, — подтвердил Дэзи.
— Жаль, что наша близость не случилась раньше, — сказал маркиз.
— Мы ещё молоды, у нас впереди вся жизнь! — воскликнул Дэзи.
— У нас впереди вечность, — ответил Тровер, оборачиваясь к Райане.
Он развёл ноги покойной, устроился между ними, прижавшись членом к её влагалищу, и подполз к её лицу. Добравшись до губ, он впился в них, обхватив руками её тело, и задвигался на ней. Дэзи несколько секунд смотрел на его округлый зад. Наконец, не в силах побороть соблазна, он подобрался к нему и уткнулся в него носом. Его язык просунулся между ягодиц и коснулся сжатого ануса.
Тровер со стонами елозил на мёртвой невесте и, похоже, не обращал на любовника никакого внимания. Его движения мешали Дэзи, и всё же он был на седьмом небе от счастья. Любовь к покойнице со временем пройдёт и Тровер будет полностью принадлежать ему!
Наконец маркиз отлип от неё. Он весь был испачкан в пудре. На губах и подбородке оставались следы помады. Но когда Дэзи перевёл взгляд с маркиза на покойницу, его передёрнуло. Слой пудры на ней был частично стёрт, обнажив усыхающее тело. Там, где его только что касались пальцы маркиза, темнели пятна, делая его ещё уродливее. Особенно много пятен было на щеках и подбородке, где от пудры не осталось и следа. Лицо Райаны казалось графу зловещей маской смерти. «Неужели этот кусок загнивающей плоти привлекает Тровера? — задавался он вопросом. — А не сходит ли Тровер с ума?»
Но на лице маркиза не было и тени безумия.
— Это наша первая брачная ночь, — он положил руки на плечи Дэзи. — Моя, ваша и её. Я надеялся, что это случится, и это случилось.
Дэзи решил подыграть ему.
— Конечно, Тровер. Всё нормально.
Маркиз мягко поцеловал его в губы, потом в плечи, потом в оба соска. И снова обратился к покойнице.
— Тление уже проступило на ней, но её красота светится изнутри, — сказал он. — Не правда ли, граф?
— Да, пожалуй, вы правы.
— Подержите её.
— Как? — Дэзи с готовностью переместился поближе к Райане.
— Поднимите её ноги, раздвиньте их и так и держите.
Стараясь не глядеть на лицо покойницы, Дэзи взял её ноги за щиколотки и потянул вверх. Она уже начала коченеть. Ноги сгибались с трудом. Дэзи пришлось приложить усилие, чтобы они вздёрнулись, придав телу нужное положение.
Тровер устроился между её ног и осторожно принялся вылизывать пещерку. Дэзи смотрел на что угодно, только не на него, и ждал, когда всё это кончится. Это должно было когда-нибудь кончиться, и тогда Тровер будет принадлежать только ему.
Но не смотреть на любовника он не мог. Тровер засовывал пальцы покойнице в промежность, осторожно вращая ими внутри; потом он придвинулся к ней, поднеся к самой промежности головку своего члена. Боевая готовность явно отсутствовала, и Троверу пришлось энергично помассировать его рукой, прежде чем тот достаточно отвердел. В следующую минуту свершилось, на взгляд Дэзи, нечто чудовищное: Тровер ввёл своей член во влагалище покойницы. Маркиз почти лёг на неё, прерывисто задышал и задёргался всем телом.
У Дэзи начали уставать руки, держащие холодные щиколотки, когда, наконец, маркиз отвалился от трупа. Из пещерки на испачканную пудрой простыню текла тонкая струйка спермы. По знаку маркиза Дэзи отпустил ноги. Они опускались медленно. В бёдрах что-то похрустывало. На щиколотках в тех местах, где за них держался Дэзи, темнели пятна.
— Таинство свершилось, — прошептал маркиз, устремив на Дэзи усталый и в то же время лихорадочно горящий взгляд. — Она стала моей женой. Мы должны закончить ритуал, чтобы скрепить наш тройной союз…
«Тройной союз? — Дэзи похолодел. — Сейчас он заставит меня сделать то же самое».
Тровер просунул два пальца во влагалище и вынул их вместе с каплями спермы. Сперма обволакивала его пальцы белесой плёнкой и стекала с них. Тровер отправил их себе в рот и, не отрывая от Дэзи взгляда, тщательно облизал.
Затем снова окунул их во влагалище.
— Теперь вы, — он протянул пальцы Дэзи. — Этим вы навеки скрепите союз со мной и Райаной. Вы будете моим навсегда, а я вашим! — прибавил он, видя, что любовник медлит.
Дэзи взял его руку и просунул пальцы себе в рот. Сперма была горькой. Пожалуй, слишком горькой. «Вернусь домой — сразу приму рвотное», — подумал он, обсасывая пальцы маркиза.
Маркиз медлил вынимать пальцы из его рта, явно наслаждаясь работой его языка и губ.
Наконец он вынул их и присосался губами к губам Дэзи.
— Вот теперь ты мой, – проговорил он хрипло, оторвавшись от любовника. — Мой и Райаны… Но брачная ночь не кончилась. У нас есть, по моим подсчётам, ещё минут тридцать.
«Тридцать минут я, пожалуй, выдержу», — подумал Дэзи.
Маркиз впился губами в чёрный рот покойницы. Потом снова обратился к Дэзи. Он требовательно протянул руку, заставив графа склониться к его паху.
Дэзи тёрся лицом о его ствол и яички, не решаясь взять в рот член, побывавший в утробе трупа. Этот член, видимо, уже израсходовал большую часть своих сил и был вял; маркизу, чтобы хотя бы немного «оживить» его, пришлось почти насильно разжать челюсти Дэзи и просунуть член в теснину рта. В промежности маркиза пахло пудрой, головка на вкус была горькой. Однако спустя минуту Дэзи освоился и с запахом, и с вкусом. Процесс «оживления» детородного органа партнёра его увлёк.
Тем временем Тровер, не выпуская члена изо рта любовника, снова прильнул к губам мёртвой невесты. Его член достаточно отвердел во рту Дэзи. Граф уже готов был принять в себя брызги, но у Тровера, как видно, были другие планы. Он стремительно извлёк член изо рта Дэзи, приподнялся над покойницей и принялся мастурбировать ей на лицо. Капли, которые ему удалось выжать, легли на чёрный рот, щёки и подбородок, лишившиеся последних остатков пудры и румян. Лицо Райаны, всё в синяках и пятнах от пальцев Тровера, казалось Дэзи отвратительнее, чем ещё четверть часа назад.
Тровер принялся слизывать сперму с её губ и щёк.
— А эту последнюю каплю, мой милый Дэзи, я оставляю тебе, — он посмотрел на любовника. — А то, боюсь, наша Райана обвинит меня в жадности.
Ничего не поделаешь, графу пришлось слизнуть остатки спермы. После этого Тровер полностью переключился на любовника. Его объятия и поцелуи воспламенили Дэзи, но маркиз не собирался забывать и о покойнице. Оторвавшись от графа, он подтянул её поближе к себе, а потом уложил её себе на грудь. Она сползала с него, её уродливая голова то смотрела вверх, то тыкалась носом в простыни, но никак не желала поместиться на плече маркиза в нужном положении. Не без усилий он устроил её бедро между своих бёдер. Потом притянул к себе графа. Маркиз лежал между ним и покойницей, прижимая к себе обоих.
— Дэзи, целуй меня в эту щёку, — потребовал он, — и придерживай свободной рукой её голову, а то у меня руки заняты… Сделай так, чтобы она меня целовала…
Взяв голову Райаны за затылок, Дэзи начал подтаскивать её к голове Тровера. Когда он прижимал эту полуокоченевшую голову к его щеке, в основании головы что-то явственно хрустнуло. Головой стало орудовать легче.
— Ты знаешь, я мечтал о том, чтобы мы все втроём лежали на одной кровати, — говорил Тровер. — Я в середине, а вы с Райаной по бокам. Я ласкал бы вас обоих… А вы вместе ласкали бы меня… О, какое это блаженство…
Дэзи целовал его в щёку. Покойница «целовала» в другую. Это продолжалось до ужаса долго. У Дэзи затекла рука, держащая мёртвую голову. Он чувствовал, что ещё минута — и он отпустит её.
Тровер лежал с полузакрытыми глазами, откинувшись навзничь.
— Но высшее блаженство в этом мире невозможно… Нет… Его мы испытаем только на небесах…
— Тровер, я устал, — почти простонал Дэзи. — Я весь измотан.
— Хорошо, можешь отпустить её, только нежно.
Дэзи отвёл руку, и голова покойницы сразу клюнула носом в подушку. Тровер, как видно, тоже устал, но он снова заключил мёртвую в объятия и начал целовать её в щёки и плечи. Он тискал её так, что иногда казалось, будто он играет с большой, в человеческий рост, уродливой малоподвижной куклой с болтающейся головой. В один из моментов этой игры он устроил «куклу» на груди Дэзи. Её голова щекой прижалась к щеке графа, бёдра обвили его бёдра. Дэзи больше всего на свете хотелось сбросить её с себя, но он решил терпеть до конца.
Маркиз наклонился к самому его лицу — так, что щекой коснулся щеки мёртвой Райаны. Казалось, они оба смотрят на Дэзи сквозь полузакрытые веки.
— Дэзи, я узнал, что вчера вечером ты был у Райаны…
Граф вздрогнул и перестал дышать.
— Вы пили вино… — продолжал маркиз. — Жаль, что меня не было с вами, а то бы я выпил тоже…
Дэзи молчал, не зная, что сказать, а потом начал лихорадочно соображать, откуда маркиз мог это узнать.
— Мне сказала горничная, — ответил маркиз на его невысказанный вопрос. — Райана отослала её, но она незаметно от вас осталась в доме. От неё же я получил недопитую бутылку. Я дал лизнуть вина моему верному Азору, и тот издох менее чем через час… Откуда в вине оказался яд?
— Я ничего не знаю, — пробормотал Дэзи, задыхаясь. Ему показалось, что покойница отяжелела невероятно. Она давила на грудь. Она душила его.
— Не оправдывайся, Дэзи, мой дорогой Дэзи, — Тровер свалил покойницу с его груди. — Я знаю, ты ревновал её ко мне, потому и отравил. Ты хотел, чтобы я принадлежал только тебе…
Он обнял графа и всосался в его губы. Дэзи, весь в холодном поту, лежал не шевелясь. Маркиз был прав. Он, граф Дэзи Осборн, отравил леди Райану.
Кто ещё знает об этом? — задавался он вопросом. Теперь его жизнь полностью зависела от маркиза Тровера.
— Я понимаю тебя, — сказал маркиз. — Ты сделал это ради любви ко мне. Ты прощён. Прощён ею и мной.
Грудь Дэзи была свободна, но ему по-прежнему было трудно дышать. К тому же тело его затекло, он едва мог шевелить пальцами.
Тровер лёг между ним и покойницей, облокотил голову на локоть и посмотрел Дэзи в глаза.
— Я, пожалуй, уйду, — пробормотал Дэзи и сделал попытку встать, но усталость была такой, что он снова откинулся навзничь.
— Не беспокойся, любимый, — сказал маркиз. — Скоро мы уйдём все вместе — я, ты и Райана. Уйдём туда, где мы будем любить друг друга и будем счастливы вечно… То вино, которое мы сейчас выпили, было из бутылки, оставшейся после твоего вчерашнего вечернего ужина с Райаной…
Дэзи снова попытался встать, но багровые портьеры и огоньки свечей расплылись в его глазах, голова закружилась и он снова откинулся на подушку.
— Дэзи, я люблю тебя, — прошептал маркиз. — Люблю так же сильно, как Райану. Без Райаны мне нечего делать в этом мире, и я ушёл бы всё равно. Но я не смог бы уйти без тебя… Ты должен быть со мной всегда. До самой моей последней минуты. И после, вместе с Райаной, сопровождать меня в странствовании по горним высям…
Дэзи едва слышал его. Ему вдруг сделалось холодно. Руки и ноги его дрожали, по лицу текли капли холодного пота.
Маркиз взял его за руку. Рука маркиза была холодна и тоже дрожала.
— Да, да, Дэзи, я буду вечно благодарен тебе за минуты любви, которые ты подарил мне и Райане на этом ложе… — Тровер потянул его руку к себе и уложил её ладонью на свой пах.
Затем поверх ладони графа он уложил ладонь покойницы. Теперь рука Дэзи и рука Райаны обхватывали его гениталии, и маркиз удерживал их в этом положении.
— Вот так мы будем лежать в гробу, — прошептал он.
«В гробу!» — Дэзи сотрясла дрожь, но Тровер удержал его руку на себе.
— Наша смерть будет лёгкой и быстрой, — доносился до Дэзи его прерывистый шепот. — Ты выбрал хороший яд. Спасибо тебе за это, любимый… Теперь я вижу, что Райана почти не мучилась…
Послышался стук. Похоже, стучали в дверь.
Дэзи забылся в коротком обмороке, а когда снова открыл глаза, увидел в комнате каких-то людей. Они устанавливали перед кроватью большой тёмно-красный ящик. Дэзи пришлось сделать неимоверное усилие, чтобы сквозь накатывающийся туман разглядеть, что это не ящик, а гроб. Большой, необычно широкий гроб.
Рядом бился в судорогах маркиз Тровер, хрипел и силился что-то сказать. Над ним склонился слуга.
— Будет исполнено, сэр, как вы распорядились. Вы в середине, справа от вас — милорд Дэзи, слева — леди Райана…
Дэзи судорожно кашлянул, выплюнув на грудь алые брызги. Потом кровь заполнила горло и потекла изо рта. Через короткое время на его сознание снова накатила тьма. На этот раз навсегда.
http://big-siski.ru
0
FavoriteLoadingДобавить в любимое    
 

Увы, пока нет комментариев -нажми тут чтобы оставить свой
2016-2019 Связь с Админом prublyda@list.ru .
top